Руководитель архитектурной студии «Бельэтаж» - представитель нового поколения архитекторов, мировоззрение и творческий подход которых были сформированы в условиях новой экономической реальности. На счету архитектурной стужии «Бельэтаж», пожалуй, наибольшее количество проектов объектов — клубов, ресторанов и пр. Такие объекты считаются доминимующими в Вашем творчестве?

Из первых объектов, которые стали заметны в городе – это бар «Морган», ночной клуб «Космо», ночные клубы «Ибица», «Итака» в Аркадии, после этого был клуб «Ё», клуб «Палладиум», порядка 40 ресторанов, которые мы построили в Одессе.
Ну и первый частный дом, площадью порядка 1000 м2, был построен 12 лет назад в Аркадии. Для своего времени это был почти уникальный проект. С него, собственно, все и началось. В основном мы продолжали работать с интерьерами, с частными домами, и постепенно, это произошло 5-6 лет назад, стали переходить к более масштабным проектам – торговым центрам, жилой застройке.



В Аркадии клубы, построенные по Вашим проектам, остаются наиболее заметными. Но окружает их разнообразная, иногда далекая от настоящей архитектуры застройка. Так и должно быть в районе с сугубо развлекательной функцией?

Все, построено в Аркадии – на злобу дня, на потребителя. И назвать это правильным решением территории однозначно нельзя. Я уверен, что пройдет лет 10-20,  и этой застройки уже не будет. Там должна быть красивая набережная, правильное благоустройство территории, в которую вписываются кафе и рестораны, объекты ретейла.

Всё побережье Одессы имеет аналогичные проблемы. При этом строительство на склонах вызывает массу недовольства. А на Ваш взгляд, как там нужно строить?

Проблему застройки побережья можно разделить на градостроительную и архитектурную. Например, по моему проекту под санаторием «Россия» нужно было решать только архитектурный вопрос. Мы проектировали на отведенном участке, на котором было разрешено строительство высотного здания апартаментов для отеля, делали подкоп под трассу здоровья, чтобы машины могли туда заезжать, не нарушая целостности дороги. Естественно, если бы это решалось комплексно, может быть, этот участок никто бы на аукционе и не продал, а продали бы где-то за городом.

А комплексная застройка территории не решается в силу некоего архитектурного консерватизма или потому что на это нет средств?

Нет, это происходит в силу методологии подхода к подобной застройке. При комплексном подходе город должен выделить территорию, запроектировать и продать инвесторам.

То есть, разумно действовать от обратного, а не так, как сейчас строят в городе?

Конечно! Как, к примеру, это делается в Москве, где проектируется застройка микрорайона, заказчиком является мэрия Москвы, потом объявляется тендер на подрядчика и ему дают если не рабочую документацию, то документ на уровне генплана и эскизного проекта – образ, количество метров, сколько он может построить, сколько может продать...

Немало объектов, жилых и офисных, Вы проектируете для центральной части Одессы. Какие подходы к проектированию должны быть там?

Для центра города очень важно ограничение высотности домов. Но внутренние планировки квартир, конечно, претерпели серьезные изменения.  Нет, и уже не может быть, как в старых одесских домах, черного хода, и, как следствие, обязательного смещения кухни и подсобных помещений к черному ходу. Современному жильцу этого не требуется. Происходит смешение разных зон, совмещение гостиной с кухней, чего раньше невозможно было себе представить.

Большинство домов, которые сегодня строятся в центре, стилизованы под старую архитектуру. Возможно ли использовать в центре города новые стили?

Для начала, старый город нужно вычистить. Требуется расчищать внутриквартальные пространства, убирать ветхие флигели, пристройки, стоящие практически в каждом одесском дворе. И заботиться о фасадах, о состоянии сетей. Там, где мы имеем прецедент с явно ветхим строением, его надо обязательно менять. Консервировать это состояние ни в коем случае нельзя, это большая ошибка. В историческом центре города здания очень разнообразны. Это могут быть двухэтажные флигели начала 19 века, одесская классика, такие, как Ришельевский лицей на Дерибасовской.

И что делать с такими зданиями? Они же продолжают находиться в реестрах памятников архитектуры?

В них обязательно нужно делать реконструкцию, иначе они просто погибнут. Когда-то весь центр, в соответствии с ампирной архитектурой, был полностью застроен такими зданиями, но потом пошли эклектика, барокко, модерн и так далее. Город за первые сто лет существования перестраивался не менее трех раз. И при этом никто не называл здание, которое построено на 50 лет ранее, памятником, никто не кидался на его защиту. Сейчас в Одессе насчитали больше тысячи зданий-памятников архитектуры. Я считаю, что это крайне раздутый список. Его нужно, как минимум, поделить пополам.

На Дерибасовской несколько лет назад построили торговый центр «Европа», здание современное, полностью отличающееся от одесской классики. Имеет оно право на существование в этом месте?

Я не имею ничего против таких зданий. Абсолютно нормальный, профессиональный проект. Вопросы там могут возникать только в отношении посадки или красной линии. К таким зданиям нужно спокойно относиться. Нельзя ничего тупо запрещать: вот классику, к примеру, можно, а фасадное остекление – уже нет. Можно стеклянные фасады встраивать в городскую среду, и это будет гармонично и профессионально.

Жилые здания, построенные по проектам студии «Бельэтаж», не менее заметны на фоне окружающей застройки. Вы стараетесь заниматься именно масштабными проектами?

Сегодня по нашим проектам реализовано порядка семи жилых зданий, еще четыре продолжают строиться. При этом мы никогда не прекращали работать на рынке частного заказчика. Таким проектированием мы всегда занимались наравне с крупными объектами, мы продолжаем заниматься частными домами, реконструкциями, пентхаусами, магазинами и т.д.  Всегда нужно держать руку на пульсе и знать все новые материалы, технологии, планировочные решения для разных типов объектов.
Поэтому фирма занимается проектированием всеобъемлющим – от стула, до небоскреба. Абсолютно естественно делать полный объем работ.